Я ей написал письмо о том, как сильно ее люблю.
На следующий день она пришла ко мне и сказала с серьезным видом:
- Это ты мне отправил то письмо с каким-то бредом про любовь?
На что я ответил с ухмылкой на лице:
- Какое письмо? Я что больной, чтобы писать какие-то письма тебе о любви? Если бы я тебя действительно любил, то непременно сказал бы тебе об этом в лицо.
- Тогда, прости, что подумала на тебя.
- Ничего страшного, бывает, - как можно суше ответил я.
И она ушла. Мысли ее занимали слова, написанные аккуратным почерком, в этом таинственном письме. Как же ей хотелось, чтобы они принадлежали мне, но это было не так. Точнее все это было, как раз так! Вот только она владела совсем другой информацией, потому что я струсил. Я струсил признаться ей в том, что письмо писал я. Как же долго я выводил эти буквы в письме, придавая им больше жизни. Для чего? Может ее стоит еще догнать и все рассказать?
На следующий день она пришла ко мне и сказала с серьезным видом:
- Это ты мне отправил то письмо с каким-то бредом про любовь?
На что я ответил с ухмылкой на лице:
- Какое письмо? Я что больной, чтобы писать какие-то письма тебе о любви? Если бы я тебя действительно любил, то непременно сказал бы тебе об этом в лицо.
- Тогда, прости, что подумала на тебя.
- Ничего страшного, бывает, - как можно суше ответил я.
И она ушла. Мысли ее занимали слова, написанные аккуратным почерком, в этом таинственном письме. Как же ей хотелось, чтобы они принадлежали мне, но это было не так. Точнее все это было, как раз так! Вот только она владела совсем другой информацией, потому что я струсил. Я струсил признаться ей в том, что письмо писал я. Как же долго я выводил эти буквы в письме, придавая им больше жизни. Для чего? Может ее стоит еще догнать и все рассказать?
Комментариев нет:
Отправить комментарий